Использование спермы умершего: вызов современности?

25.03.2019

Достижения научно-технического прогресса открыли новые перспективы в развитии медицины и биологии. Несомненно, расширение экспериментальных исследований породили новые возможности такие как: эмбриональная хирургия, новые технологии деторождения и др.

И все же в этой области успехи и исследования создали нестандартные ситуации, усилившие остроту морально-этических и правовых проблем. Очевидно, что уже сегодня новые технологии вмешиваются в жизнь и судьбу человека. В эпоху вспомогательных репродуктивных технологий извлечение спермы у умершего происходит чаще, чем мы думаем.

В некоторых странах появляются судебные дела, посвященные тому, можно ли использовать сперму умершего. Хотя каждый случай отличается, все они поднимают ряд сложных правовых и этических соображений.

Так, совсем недавно в 2016 году, только в Австралии в суд обратились две женщины, чьи партнеры лишили себя жизни. В обоих случаях Верховный суд предоставил им разрешение извлечь сперму у умершего.

Первое извлечение спермы посмертно провел уролог Кэппи Ротман из Лос-Анджелеса в конце 1970-х. В 1977 году он опубликовал в Jurnal of Urology свою первую статью, посвященную созданию банка спермы, позже являлся директором крупнейшего банка спермы в США «Сalifornia Cryobank».

Первое рождение живого ребенка от посмертного извлечения произошло только в 1999 году. Это была Габи Вернофф, родившая малышку от спермы, извлеченной Ротманом через 30 часов после смерти ее мужа. В резонансном судебном процессе 2009 года «Верноф против Астрю» Габи пыталась добиться пособия по социальному обеспечению для своего посмертно зачатого ребенка. Суд постановил, что ребенку не полагается пособия по потере кормильца, поскольку она не была иждивенцем своего отца на момент его смерти, как того требует закон Калифорнии.

В разных странах сформировалось разное отношение к этому вопросу: где-то есть соответствующие законы и разрешают проводить подобные процедуры, другие категорически запрещают. Например, эта процедура запрещена в таких странах как: Франция, Германия, Швеция и Канада. В Великобритании процедура не допускается, если человек не дал предварительного письменного согласия. В Израиле достаточно формального согласия: умерший человек не обязательно должен оставить письменный документ, его вдова может подтвердить, что он дал бы согласие, если бы был жив. Правительство может даже оказать финансовую помощь: государственное медицинское страхование оплатит столько циклов ЭКО, сколько необходимо для рождения двух младенцев. Подобная практика используется широко в израильской армии, когда солдаты перед боевыми действиями сдают сперму на криоконсервацию и если супруг погиб, женщина может обратиться к услугам клиники репродукции, где медики осуществят забор генетического материала и у погибших солдат. В России известны случаи рождения детей от умерших отцов (дело Натальи Климовой, 2005 год, Екатеринбург). Американское же общество репродуктивной медицины в 2013 году постановило, что в отсутствие письменной прижизненной директивы врачи не обязаны осуществлять забор спермы по просьбе родственников.

Документы европейского и национального формата запрещают использование изъятых частей тела и тканей человека без его согласия, такие как:

  • Конвенция о защите прав и достоинства человека в связи с применением достижений биологии и медицины: Конвенция о правах человека и Биомедицине (Овьедо, 4 апреля 1997 года) глава II статья 5: «медицинское вмешательство может осуществляться лишь после того, как соответствующее лицо даст на это свое добровольное информированное согласие. Это лицо заранее получает соответствующую информацию о цели и характере вмешательства, а также о его последствиях и рисках. Это лицо может в любой момент беспрепятственно отозвать свое согласие»;  глава VII статья 22: «любая часть тела человека, изъятая в ходе медицинского вмешательства, может храниться и использоваться в целях, отличных от тех, ради которых она была изъята, только при условии соблюдения надлежащих процедур информирования и получения согласия».
  • Закон Республики Беларусь "О вспомогательных репродуктивных технологиях" от 7 января 2012 г. № 341-З глава 4 статья 18: «Использование невостребованных в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий половых клеток пациента, умершего или объявленного в судебном порядке умершим, запрещается.  В случае расторжения брака, признания его недействительным, а также в случае смерти или объявления в судебном порядке умершим одного из супругов использование бывшими супругами (бывшим супругом) невостребованных в результате применения вспомогательных репродуктивных технологий эмбрионов запрещается».
  • Инструкция «О порядке хранения и условиях криоконсервации донорских половых клеток, половых клеток и эмбрионов» утвержденная постановлением Министерства здравоохранения Республики Беларусь от 01.06.2012 N 54 статья 4 пункт 4.2.:  «криоконсервация донорских половых клеток и эмбрионов проводится только при наличии письменного заявления и информированного согласия донора половых клеток».

И все же, в некоторых случаях, а именно, когда в суде доказано, что умерший при жизни хотел иметь детей, забор спермы в некоторых национальных законодательствах является санкционированным, существует также данная правовая норма и в международных правовых актах. Так в Декларации о развитии прав пациентов в Европе (Копенгаген, апрель 1994 года) прописано, что если все же пациент не давал согласия при жизни, то могут быть предприняты соответствующие меры для обеспечения принятия решения с учетом желания пациента при жизни. Права пациентов.  Пункт 3. Согласие.  Подпункт 3.7 «Должны быть предприняты соответствующие меры для обеспечения принятия решения, с учетом того, что является известным и до этого момента возможным и может быть предполагаемо в рамках желания пациента».

Кроме юридических вопросов, связанных с данной проблемой, имеются также острые этические моменты. Так некоторые специалисты считают, что посмертное донорство спермы должно быть запрещено отчасти потому, что оно приводит к появлению детей из неблагополучных семей, которые никогда не будут знать своего биологического отца.    Клинический психолог и член комитета по этике Университета штата Висконсин Джулианна Цвайфель беспокоится о том бремени, которое ложится на ребенка, зачатого таким образом: «Взрослые принимают решение привести ребенка в мир из-за взрослых потребностей. Но они не проявляют достаточное беспокойство о том, какое воздействие будет оказано на ребенка тем, как он был зачат. Он может чувствовать, что люди ищут черты умершего родителя в нем, чувствовать, что он обязан вести себя в соответствии с этими ожиданиями». Также недостаточно исследована тема возможных психологических или медицинских последствий для ребенка, зачатого с помощью спермы, извлеченной посмертно.

Таким образом, возможность искусственного оплодотворения порождает не только правовые, но и этические проблемы: от биологических прав эмбриона до социальных проблем человеческого сообщества.

Комментарии

Жуковская Светлана Викторовна, ассистент кафедры акушерства и гинекологии УО «БГМУ», врач акушер-гинеколог, репродуктолог, член ESHRE (Европейская ассоциация репродукции человека и эмбриологии), ASRM (Американское общество репродуктивной медицины), ISGE (Международное общество гинекологической эндокринологии), БОМОРЧ (Белорусское общественное медицинское объединение репродукции человека), БНПОО «Ассоциация акушеров-гинекологов и неонатологов».

«Использование спермы умершего мужчины для оплодотворения представляет собой сложную юридическую и этическую проблему. В первую очередь возникает вопрос о допустимости получения и применения биологического материала человека без его ведома. На мой взгляд, сперматозоиды умершего человека неправомерно извлекать и использовать без предварительно полученного и юридически оформленного согласия. Я считаю, что ни суд, ни родственники мужчины, ни его жена не имеют права использовать сперму мужчины в подобных случаях и распоряжаться его генетическим материалом по собственному усмотрению. Закономерно возникает вопрос и о качестве биологического материала, изъятого у мужчины после внезапной смерти, т.к. очевидно не было пройдено специальное обследование и нет возможности своевременно оценить качество спермы, её пригодность для оплодотворения и – самое важное – убедиться в отсутствии инфекций.

В то же время ещё более сложны для этической оценки ситуации, связанные с тяжелой болезнью мужчины, когда он осознанно идёт на подобный шаг: заранее проходит обследование, криоконсервирует биологический материал и оформляет документы, позволяющие его сперму использовать в дальнейшем. С точки зрения законодательства Республики Беларусь это на данный момент недопустимо. На мой взгляд, такая позиция направлена, в первую очередь, на соблюдение прав будущего ребёнка, который в подобных ситуациях рождается в заведомо неполной семье и может столкнуться с различными негативными последствиями».

Совостюк Татьяна



Предыдушая новость